Статья Министра иностранных дел России С.В.Лаврова "В одной лодке",
"Итоги", 15 ноября 2010 года

Что выиграет Россия от партнерства с НАТО

Сейчас много говорят о том, что мир стремительно меняется, трансформируются основы системы международных отношений, сложившейся в послевоенный период. Мир стал менее предсказуемым и более опасным: все мы независимо от страны, в которой живем, чувствуем себя уязвимыми. Сохраняются острые региональные конфликты, опасность международного терроризма, наркотрафика, распространения ОМУ, изменения климата, природных и техногенных катастроф и других вызовов, не признающих границ. Противодействовать им можно лишь коллективными усилиями всех государств.

Raison d'etre

И все же за прошедшие пару лет климат международной жизни потеплел. Налицо перемены к лучшему в атмосфере отношений между Россией и США, подписан российско-американский Договор о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений. Заложенные в него принципы равноправия, паритетности, равной и неделимой безопасности создают основу для эффективного взаимодействия в самых разных областях. Углубляется наше стратегическое партнерство с Евросоюзом, достигнута договоренность о формировании модернизационного альянса между Россией и ЕС, развивается тесное двустороннее сотрудничество с многочисленными партнерами России по всему миру. Совместными усилиями заложена основа для прорыва в будущее в российско-польских отношениях. Урегулирована застарелая проблема разграничения в Баренцевом море между Россией и Норвегией, что лишний раз подтвердило безальтернативность решения любых проблем в Арктике на основе международного права, включая Конвенцию ООН по морскому праву. Важный вклад в построение современных международных отношений на принципах равноправия и полицентричности вносят государства на пространстве СНГ, где углубляются интеграционные процессы. Положительные изменения коснулись и отношений России с Организацией Североатлантического договора. Изначально эта структура создавалась как военно-политический блок для противодействия «советской угрозе». По образному выражению первого Генсека НАТО лорда Исмея, целью альянса было «держать Америку в Европе, Россию вне Европы, а Германию под контролем». В нынешних условиях НАТО, даже по признанию ряда западных политиков, утратило классический смысл своего существования, raison d'etre, ведет активный поиск места в новой архитектуре евробезопасности, подбирает сферы применения накопленного десятилетиями силового, военно-штабного и логистического потенциала. Но большие возможности альянса — это еще и великое искушение пытаться решать сложные международные проблемы вне глобальной сети безопасности, предполагающей равноправное сотрудничество с другими региональными организациями и отдельными «игроками». Такие попытки предпринимались, их результаты у всех на виду. Однако сейчас в мире, в том числе среди государств — членов НАТО, растет осознание безальтернативности коллективных решений, необходимости учитывать интересы безопасности других партнеров, в том числе России, уважать принципы международного права, компетенцию и авторитет ООН и ее Совета Безопасности. Такой подход открывает дорогу к совместной равноправной работе, соответствует философии внешнеполитического курса России. Внешняя политика, как известно, является продолжением внутренней. Ее задача — создание благоприятных внешних условий для обеспечения безопасности и процветания наших граждан: для комплексной модернизации страны, диверсификации экономики и ее перехода к инновационной модели развития. Россия заинтересована в инвестициях, новейших технологиях и передовых идеях, стабильных и открытых мировых рынках. Мы готовы к честной конкуренции на торговых и инвестиционных площадках, но категорически против конкуренции военно-политических потенциалов, разного рода силовых балансов. Конфронтация нам не нужна, и втянуть себя в какие-то конфронтационные расклады мы не дадим.

Слово и дело

Сегодня не было бы проблем, если бы удалось перевести на язык конкретных действий те декларации, которые делались в конце прошлого века и в ОБСЕ, и при создании Совета Россия — НАТО, о неделимости безопасности стран Евро-Атлантики. Президент Дмитрий Медведев предложил придать этим декларациям юридически обязывающий характер, заключив Договор о европейской безопасности. Тот факт, что НАТО пока к этому не готово, вызывает вопросы об искренности дававшихся нам в свое время заверений. И все же крепнет убежденность, что в наших общих интересах окончательно зафиксировать, а главное, воплотить на практике окончательное преодоление логики холодной войны. Это позволит перейти наконец к стратегическому партнерству для совместных действий по решению общих проблем, которые диктует сама жизнь и которые не ждут. 20 ноября в Лиссабоне пройдет саммит Совета Россия — НАТО. Соберутся лидеры 29 государств, чтобы обсудить кардинальные вопросы европейской безопасности, перспективы наших взаимоотношений. Эта встреча должна, по нашему убеждению, продемонстрировать общую решимость вывести наши отношения на качественно новый уровень, выработать ответственные, дальновидные решения, способствующие укреплению взаимного доверия в качестве прочного фундамента эффективного сотрудничества и координации усилий.

Убеждены, что блоковый подход в современном мире — анахронизм, который не дает реализовать имеющиеся возможности для совместного укрепления нашей общей неделимой безопасности. Он воспроизводит политические и поведенческие стереотипы прошлого, отвлекает ресурсы от решения насущных задач. Огромный, хотя во многом пока еще «спящий» потенциал международной солидарности выходит далеко за рамки действующих военных союзов. Это показала реакция на теракты 11 сентября 2001 года, когда не только члены НАТО, но и Россия, как и другие не входящие в НАТО страны, подставила свое плечо попавшей в беду Америке. При этом мы меньше всего думали о том, связаны ли мы союзническими обязательствами с США.

Умножение сил

Совет Россия — НАТО был создан в мае 2002 года. Это уникальный механизм для постоянных политических консультаций, где нашими собеседниками согласно учредительным документам СРН являются 28 государств в национальном качестве, а не блок, озвучивающий заранее согласованную позицию. СРН дает возможность на равноправной и консенсусной основе вырабатывать и принимать решения, готовить и осуществлять совместные действия. За время существования совета накоплен полезный опыт политического диалога и практического взаимодействия с альянсом по широкому спектру проблем безопасности. СРН как двигатель российско-натовского сотрудничества по историческим меркам спроектирован и смонтирован совсем недавно. Естественно, ему требуются доводка и отладка. В его работе пока еще далеко не все гладко — где-то он набирал неплохие обороты, а где-то давал сбой. А в августе 2008 года он даже почти заглох — был задушен тем самым блоковым подходом, потребовавшим проявления солидарности с «евроатлантическим» руководством Грузии. Наше предложение срочно созвать чрезвычайное заседание СРН в разгар кризиса было отвергнуто. Есть основания полагать, что из этого сбоя были сделаны правильные выводы. В декабре 2009 года министры иностранных дел стран — членов СРН приняли ряд важных решений о том, как устранять неисправности в механизме нашего взаимодействия, как его модернизировать. Приведу несколько наглядных примеров, когда совместная работа с альянсом приносит ощутимые результаты. На основе Плана действий СРН по борьбе с терроризмом мы обмениваемся информацией и практическим опытом по предотвращению и реагированию на теракты в местах массового скопления людей. Разрабатываем устройства по дистанционному обнаружению взрывчатых веществ, способных обнаружить «пояс шахидов», проводим совместные учения. Черноморский флот принимает участие в антитеррористической операции НАТО «Активные усилия» в Средиземном море. Сотрудничаем и в борьбе с пиратством у берегов Сомали. Завершается создание совместной системы обмена радиолокационными данными о воздушной обстановке вдоль западной границы России со странами НАТО в целях предотвращения захватов самолетов террористами. Мы помогаем друг другу при наводнениях, пожарах, техногенных катастрофах. Развиваются военно-технические связи со странами НАТО. Применение передового зарубежного опыта позволяет повысить эффективность российской системы каталогизации продукции, а также начать работу по приведению образцов экспортируемой техники российского производства в соответствие с требованиями международных стандартов. Налажено устойчивое взаимодействие по поиску и спасанию экипажей терпящих бедствия подводных лодок. Мы помним бескорыстную товарищескую помощь, оказанную нам британскими моряками, в спасании российского батискафа на Дальнем Востоке. Россия активно и многопланово сотрудничает с Международными силами содействия безопасности (МССБ), действующими в Афганистане по мандату ООН. Мы предоставляем транзитные возможности, и это очень высоко ценится нашими партнерами, тем более когда другие маршруты стали более затратными и рискованными. Один из приоритетных для России вопросов в наших отношениях с НАТО — необходимость более решительной борьбы с наркопроизводством в Афганистане, которое достигло уровня угрозы международному миру и безопасности. Подготовка специалистов по борьбе с наркотиками для Афганистана, Пакистана и стран Центральной Азии в учебном центре МВД России в Домодедове — один из самых крупных осуществляемых нами проектов, который не только ритмично работает, но и расширяется. Наши военные вузы готовят офицеров для афганской армии. Российские компании, в том числе вертолетные, работают в Афганистане. По всем перечисленным направлениям мы готовы наращивать взаимодействие с НАТО, потому что считаем, что делаем общее дело. Россия заинтересована в том, чтобы после ухода МССБ из Афганистана эта страна не была источником дестабилизации региона. Важное новое направление работы СРН — подготовка Совместного обзора общих вызовов и угроз безопасности наших стран в XXI веке. Одобрение этого обзора позволит создать фундамент для дальнейших действий по совместному реагированию на общие вызовы.

Со щитом

Вполне естественно, что имеется ряд международных проблем, по которым у нас с альянсом позиции не совпадают. По каким-то вопросам имеются принципиальные разногласия, а где-то просто мешает непонимание ситуации и интересов друг друга, вызванное во многом отсутствием четкой и достоверной информации. Но мы не зацикливаемся на этом, не ставим наши разногласия впереди тех тем, где у нас совпадающие интересы. Работы впереди много.

Возьмем, например, предложение Генерального секретаря НАТО Андерса Фога Расмуссена о создании совместного противоракетного щита для Европы с участием России. Мы приветствуем само желание решать проблему коллективно, тем более что у нас есть свои соображения на сей счет, включая известную инициативу создания противоракетного «пула» заинтересованных государств. Так что готовы серьезно изучить идею Расмуссена. Хотим понять, как видятся архитектура и перспективы развития гипотетической системы ПРО, кем и как она может управляться, какие средства планируется задействовать. В любом случае речь об участии России в европейской системе ПРО может идти только на основе равноправного сотрудничества на всех этапах. У нас должны быть гарантии того, что при любых обстоятельствах не будет нарушена стратегическая стабильность, не будет действий, которые могут негативно сказаться на законных интересах друг друга.

Укрепление доверия и предсказуемости необходимо и в других областях. Требуется, в частности, последовательно работать над решением тех проблем, которые завели в тупик режим контроля над обычными вооруженными силами в Европе, наладить диалог по военным доктринам, обмен опытом реформирования вооруженных сил, вернуться к системному разговору о военной сдержанности. В Основополагающем акте России и НАТО 1997 года альянс взял на себя обязательство о неразмещении на территории новых членов «существенных боевых сил». Данный термин до сих пор не конкретизирован.

В декабре 2009 года мы предложили членам СРН нашу расшифровку. Ждем предметной реакции. Часто приходится слышать, что контроль над вооружениями пришел из прошлого и тянет в прошлое. Но наследие холодной войны не преодолеть лишь заявлениями о новом характере отношений. Нужны конкретные шаги, в том числе в наиболее чувствительной сфере планирования в области обороны, подтверждающие партнерские намерения.

Североатлантический альянс завершает работу над своей новой Стратегической концепцией. Для нас небезразлично, каким будет этот документ. Главное, пожалуй, в том, что НАТО должно недвусмысленно определиться со своим отношением к России. До сих пор для натовской позиции была характерна двойственность. С одной стороны, утверждалось, что Россия — партнер, с другой — как бы намекалось, что Россия может представлять собой проблему в области безопасности. Думаю, зрелость наших отношений говорит в пользу внесения полной ясности в этот вопрос. Второй момент связан с позиционированием НАТО в системе глобальной безопасности. Мы считаем, что альянс при всех обстоятельствах должен руководствоваться Уставом ООН, прежде всего в том, что касается возможностей применения силы в международных отношениях. Отмечу в этой связи, что и Основополагающий акт, и Римская декларация о создании СРН прямо предусматривают, что сотрудничество между Россией и НАТО осуществляется только в рамках международного права, а в сфере миротворчества — по решению СБ ООН. Едва ли отвечает современным реалиям линия на безостановочное расширение НАТО «вопреки всему».

Сегодня нужно не заборы переставлять, а последовательно снимать препятствия для сотрудничества со всеми, обеспечивать равные гарантии безопасности всех государств независимо от их военно-политического статуса. Базовые принципы внешней политики России — прагматизм, открытость, многовекторная дипломатия и неконфронтационное продвижение национальных интересов. Наши озабоченности отдельными аспектами деятельности НАТО честно обозначены в наших доктринальных документах. Такая транспарентность необходима для взаимного доверия, на основе которого можно было бы строить общее будущее. При этом мы не рассматриваем НАТО в качестве угрозы нашей безопасности. Объективная реальность создает условия для партнерства России и НАТО. Оно не должно вызывать обеспокоенности ни у кого. Ни у тех, кто опасается, что Москва будет «накладывать вето» на решения альянса, ни у тех, кто думает, будто Россия станет сотрудничать с НАТО против кого-то.

Россия настроена выстраивать равноправное партнерство строго на международно-правовой основе и таким образом, чтобы не появилось ни малейших подозрений, что это делается в ущерб законным интересам других стран. Исходим из того, что этим же подходом руководствуется альянс. Если Россия и НАТО совместно выработают правильный алгоритм реализации стоящих перед нами задач, то выиграют все, кто заинтересован в укреплении безопасности и стабильности в Европе, на всем пространстве от Ванкувера до Владивостока, да и в мире в целом.