Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на встрече с министрами иностранных дел стран-членов Лиги арабских государств, Каир, 10 марта 2012 года

(неофициальный перевод с английского языка)

Уважаемые дамы и господа,

Прежде всего хочу поблагодарить за оказанную мне честь и предоставленную возможность выступить на сегодняшней встрече. Россия всегда дорожила своими отношениями с Лигой арабских государств (ЛАГ) и ее участниками. Мы наработали очень прочные традиции сотрудничества. Считаю, что теперь, в свете происходящих в регионе изменений, необходимость в таком взаимодействии стала еще более острой.

Российская Федерация сразу поддержала стремление народов арабских стран к лучшей жизни, демократии, реформам. Мы с большим интересом следим за появлением в регионе новых политических сил, включая тех, которые в большей степени выступают за усиление опоры на традиционные, в том числе исламские, ценности арабских обществ. Для нас это естественный процесс. Вы знаете, что в моей стране мусульманские народы, среди прочих, на протяжении веков проживали на территории нынешней России и в соответствии с Конституцией пользуются всеми правами и свободами.

Убеждены, что приходящие к власти в разных странах новые силы будут следовать тем лозунгам, ради которых они, собственно, и проводят преобразования, а именно – соблюдение прав человека, уважение интересов религиозных и этнических меньшинств, толерантность. Готовы сотрудничать со всеми, кто настроен на созидание, а не на разрушение. Выступаем за мирные, эволюционные перемены – с нас довольно революций, происходивших на протяжении нескольких веков в истории моей страны ценой жизни миллионов мирных граждан, ценой лишений и разрушений. Мы не хотим, чтобы это повторилось ни в нашем, ни в каком-либо другом государстве, потому что это, как я уже сказал, ведет к страданиям гражданского населения.

Мы с озабоченностью наблюдаем за событиями в регионе, поскольку все расположенные здесь страны – наши друзья, а происходящие процессы влияют на ситуацию в мире, включая глобальную безопасность и стабильность. Убеждены, что все внешние игроки должны быть чрезвычайно осторожны при содействии решению проблем, с которыми столкнулись ваши страны. Россия неизменно выступает за строгое соблюдение норм международного права, Устава ООН и принципов уважения суверенитета, территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела государств, и безоговорочно против военного вмешательства, противоречащего положениям Устава ООН.

Позицию России нередко подвергают критике. Некоторые говорят, что у нас обширные интересы в регионе. Хочу ответить на это следующим образом. Моя страна никогда не вела здесь колониальных войн, а, наоборот, неизменно поддерживала право арабских народов на независимость и свободное развитие. Если сравнить объем торгово-экономических связей любого из арабских государств с Россией и другими зарубежными партнерами, то, к сожалению, объем торговли с нашей страной несравнимо меньше. Мы не ждем особых привилегий или геополитических выгод в этом регионе, но пытаемся добиться немедленного разрешения сирийского кризиса.

Россия с самого начала поддержала инициативу Лиги арабских государств, принятую 2 ноября 2011 г. Москва приложила немало усилий, чтобы убедить Дамаск согласиться с этой инициативой Лиги, равно как некоторое время назад мы убедили руководство Сирии принять миссию наблюдателей ЛАГ, которая, по нашему мнению, имела стабилизирующий эффект. Нам жаль, что миссия не смогла продолжить работу в САР.

Мы не защищаем тот или иной режим, мы защищаем международное право. Я убежден, что когда речь идет о Сирии, мы все солидарны в том, что на данный момент безотлагательной задачей является прекращение насилия, откуда бы оно ни исходило (и об этом говорится в инициативе ЛАГ от 2 ноября 2011 г.), а также создание условий для скорейшего оказания гуманитарной помощи всем, кто в ней нуждается. Если мы все с этим согласны, то не стоит углубляться в дискуссии о том, кто виноват. Этим позже могут заняться власти и международные структуры, которые имеют такие полномочия. На сегодняшний же день наиболее срочная задача – покончить с насилием, независимо от того, откуда оно исходит. Уверен, для этого необходимо задействовать все имеющиеся рычаги в отношении всех тех, кто борется друг с другом в Сирии. Недавно, в ходе обсуждения данной темы в СБ ООН мы предложили новую концепцию о необходимости создания независимого, беспристрастного механизма мониторинга, который был бы обеспечен полномочиями следить за тем, как все стороны выполняют обязательство о прекращении насилия, откуда бы оно ни исходило.

Кроме того, как я уже сказал, необходимо способствовать беспрепятственному, свободному доступу в САР гуманитарной помощи под эгидой ООН. Мы приветствуем визит в Дамаск заместителя Генсекретаря ООН В.Амос, которая выразила удовлетворение достигнутыми на данный момент результатами своей поездки. Тем не менее, нам бы хотелось видеть больше действий, основанных на предложениях, разработанных вместе с правительством Сирии. Мы убеждаем Дамаск как можно скорее дать согласие на полноформатный механизм доставки гуманитарных грузов.

Безусловно, мы приветствуем назначение К.Аннана специальным посланником ООН/ЛАГ по Сирии. Вчера вечером я провел с ним встречу, сегодня он уже в САР. Я убежден, что он искренне заинтересован в переговорах со всеми сторонами и в нахождении общих основ, которые создадут условия для начала внутрисирийского инклюзивного политического диалога между правительством и всеми оппозиционными группами, к чему призывала ЛАГ.

Мы выступали за немедленное одобрение Совбезом ООН инициативы Лиги от 2 ноября прошлого года. Вместе с Китаем подготовили проект резолюции, который, к сожалению, некоторые наши партнеры по Совету Безопасности оказались не готовы принять. Позже появились альтернативные тексты. На один из них 4 февраля с.г. мы совместно с Китаем были вынуждены наложить вето. Мы не поняли, почему эта резолюция была поставлена на голосование в такой спешке. К сожалению, ряд членов СБ ООН руководствовались не стремлением искать консенсус, а соображениями, не имеющими отношения к достижению такой цели.

Резолюция справедливо зафиксировала принцип о том, что любое насилие должно быть остановлено. Но, когда позже этот принцип был трансформирован в специфические требования, начались проблемы. Сирийское правительство обязали сделать все, что от него требовала ЛАГ. Мы поддержали это, полагая, что, наряду с подразделениями армии, от оппозиционных вооруженных групп также необходимо потребовать покинуть населенные пункты. Иными словами, надо очистить населенные пункты одновременно от всех вооруженных людей, а также провести мониторинг, чтобы убедиться, что это действительно происходит. Наши партнеры настаивали, что сначала правительственные армейские подразделения должны быть полностью выведены, и лишь затем то же самое попросят сделать вооруженные группы. Дело не в том, что таким способом мы принимаем чью-то одну сторону (и уж конечно, не сторону отдельного режима), а в том, что этот подход абсолютно нереалистичен, поэтому у подобной резолюции не было шанса быть выполненной.

Если целью авторов резолюции было изначально произвести не реалистичный документ, а спустя пару недель сказать, что резолюция не работает, и нужно сделать что-то пожестче, то это совсем не то, о чем мы договаривались в Совете Безопасности – о выходе на серьезный и сбалансированный документ. Мы по-прежнему готовы к такой работе.

Последний проект резолюции, который обсуждался позавчера в СБ ООН в формате «пятерки» постоянных членов плюс Марокко (утечки в СМИ уже пошли на этот счет), может быть согласован при условии, что мы не руководствуемся целью поддержки оппозиционных вооруженных групп в их уличных боях. Если же нами движет стремление прекратить вооруженные столкновения в населенных пунктах, то соответствующие предложения представлены, и у нас есть все шансы договориться по ним.

Таким образом, Россия, как я уже сказал, выступает за такой подход, при котором все мы руководствовались бы необходимостью срочно остановить насилие, начать доставку гуманитарной помощи и приступить к политическому, далее цитирую решение ЛАГ, «внутрисирийскому инклюзивному диалогу между правительством и всеми оппозиционными группами».

Исходя из такого принципа, объявленного ЛАГ, мы не могли понять логику заседания «группы друзей Сирии», состоявшегося в Тунисе, потому что сирийцы были представлены только одной из нескольких оппозиционных групп, не говоря уже о том, что правительство САР туда приглашено не было. Не думаю, что это и есть тот самый инклюзивный диалог, который мы все хотим запустить или содействовать его началу.

При обсуждении сирийского сюжета постоянно упоминается Иран. Не хочу подробно останавливаться на иранской ядерной проблеме, т.к. по этой теме согласовано хорошее заявление группы «пять плюс один» в Вене в ходе очередного заседания Совета управляющих МАГАТЭ. Заявление было принято консенсусом – европейской «тройкой», США, Россией и Китаем, оно опубликовано, с ним можно ознакомиться. Российская сторона активно выступает за мирное разрешение этой ситуации, но мы глубоко обеспокоены отдельными намеками на то, что все это во многом объясняется соперничеством и даже противоборством суннитов и шиитов.

Я уже говорил, что ислам не чужд России, на нашей земле мусульмане живут уже много веков. Мы обеспокоены тем, что, помимо вреда, наносимого всему мусульманскому миру в целом, такой разлом может оказать негативное воздействие на ряд стран с мусульманским населением, а также на проживающих в регионе немусульман, которые, в случае возникновения критических ситуаций, всегда становятся пострадавшей стороной. Среди немусульман упомяну христиан, и мы по определению обеспокоены их судьбой.

Говоря об этих темах, я не считаю, что в связи со стремительно развивающимися событиями в регионе можно оставить в стороне палестинскую проблему. Мы всегда выступали за активную роль «квартета» в координации с ЛАГ, но пока не все партнеры по «четверке» готовы к такому сотрудничеству. Тем не менее, в течение семи последних лет Россия выступала за то, чтобы «квартет» учитывал опыт стран региона. Мы приветствуем принятую в ЛАГ инициативу, в частности, усилия наших иорданских друзей, о запуске «амманского процесса». Считаем, что определенный прогресс достигнут, и от него можно отталкиваться.

Не буду вдаваться в подробности, хочу только обозначить в этой аудитории необходимость не допустить того, чтобы палестинский вопрос «затерялся» среди арабской «весны, осени или зимы». Рассчитываем, что послезавтра в Нью-Йорке пройдет встреча «квартета». Как я уже сказал, российское предложение о приглашении представителей сторон и ЛАГ было поддержано не всеми, поэтому на встрече будут присутствовать только члены «квартета». Однако мы считаем, что на данном этапе важно, не предрешая результаты, подвести итоги нынешней ситуации в процессе урегулирования и оценить, как палестинская и израильская стороны отреагировали на заявление «четверки» международных посредников от 23 сентября 2011 г.

По поводу Ливии. Россия активно поддержала усилия нынешних властей страны по стабилизации ситуации на основе принятой в августе прошлого года декларации о разработке конституции. Готовы содействовать Триполи в преодолении вызовов, ожидаем от властей уважения прав человека и мер по пресечению контрабанды оружия за пределы Ливии, что, к сожалению, происходит. Мы благодарны нашим партнерам по СБ ООН за поддержку российской инициативы о принятии резолюции 2017, в рамках которой налажено сотрудничество с ливийской стороной, что я считаю важным.

Уверен, что мы должны учитывать вызовы, сохраняющиеся в Ливии, включая проблему сепаратизма. Самим ливийцам решать, как они хотят жить, но я полагаю, что территориальная целостность играет ключевое значение в том, чтобы все происходящие трансформационные процессы не привели к серьезной дестабилизации в регионе, являющемся одним из важнейших для международной стабильности.

В заключение хотел бы вновь заявить, что мы рассматриваем сотрудничество с ЛАГ и ее участниками в качестве стратегического приоритета российской внешней политики. На повестке дня – начало работы Форума российско-арабского сотрудничества. Первая сессия должна была состояться в Москве в прошлом году, но с учетом событий «арабской весны» и идущих преобразований пришлось ее отложить. Приветствуем решение совета ЛАГ о проведении этой сессии в нынешнем году. Подготовка уже идет: прошли две встречи нашего совместного рабочего комитета, скоро состоится третья, будет завершена работа над совместным заявлением и планом действий на последующие три года по вопросам, представляющим взаимный интерес, в рамках которых мы можем действовать сообща, конечно, в сотрудничестве с другими партнерами, вовлеченными в разрешение стоящих на повестке дня проблем.

Уверены, что у российско-арабского сотрудничества прочный фундамент, и мы выступаем за его укрепление.

Благодарю всех за внимание.